классовое родство

[kommari]

Протестующие в Киеве пытались разрушить памятник Ленину...

Теперь вспоминаем, как путинские разрушили советский памятник в Москве.

Как видим, при в чем-то они такие разные, а в чем-то очень даже родственные души.

Comments

[maysuryan.livejournal.com]

Памятники красным и/или революционным деятелям и героям - это занозы в обширной заднице нынешних буржуазии и бюрократии. Поэтому, когда они пытаются вытащить эти занозы, им надо мешать. По-моему, это очевидно.

[kommari.livejournal.com]

Есть и другое соображение - что эти памятники (хотя и не все, что показал памятник социалистам в Москве) они используют для сохранения своей власти.

[maysuryan.livejournal.com]

Да не получается для сохранения. Вот Ельцин один раз взгромоздился на Мавзолей, завесив слово "ЛЕНИН" зеленой занавесочкой - над ним посмеялись. В следующий раз он уже не стал вешать занавесочку - но ему там сильно не понравилось, наверное, сквозь подошвы жгло. :) Больше он на Мавзолей не лазил. То же и с памятниками революционерам, даже дворянским и буржуазным, - если левые не будут их защищать, буржуи их все снесут до последнего с превеликим удовольствием. Вот на романовской выставке и на декабристов лили грязь, хотя среди буржуазии столетней давности существовал даже некоторый культ декабристов (например, в доме Саввы Мамонтова).
Кстати, вспомнил читанный давным-давно в "Пионере" текст Б. Брехта "Непобедимая надпись":
Во время мировой войны
В камере итальянской тюрьмы Сан-Карло,
Битком набитой дезертирами, бродягами и ворами,
Солдат-социалист нацарапал карандашом на стене:
«Да здравствует Ленин!»
Написанные высоко, под самым потолком, в полутемной камере,
Эти слова были едва различимы.
Но сторожа заметили их и послали в камеру маляра,
Который, вооружившись кистью и мелом, закрасил опасную надпись.
Но он закрасил ее, водя своей кистью по написанному,
И на стене снова возникла надпись — уже не карандашом,
А мелом:
«Да здравствует Ленин!»
Пришел другой маляр и замазал всю стену,
И надпись уж было исчезла, но утром,
Когда высохла влага, сквозь мел проступило опять:
«Да здравствует Ленин!»
Тогда сторожа ввели в дело каменщика со скребком.
Целый час он выскабливал букву за буквой,
Но когда он закончил, то в камере снова сияла
Врезанная в камень непобедимая надпись:
«Да здравствует Ленин!»
— А теперь снесите стену! — сказал им солдат.

Ну и что же предлагается теперь: надо было этому солдату-социалисту согласиться с тюремщиками: мол, не может быть в фашистской тюрьме надписей, прославляющих Ленина? По-моему, ответ очевиден.