kommari | что потом

Пишут про массовые антиправительственные протесты в Венесуэле.

Лично для меня нет ничего удивительного - это отражение более общей проблемы, которой страдали многие левые режимы и в прошлом веке.

И, собственно, здесь же ответ, который часто задают левые: почему, при том что капитализм явно не работает, нигде не происходит антикапиталистических революций - в лучшем случае вспышки, как в Боснии. Ответ видят в отсутствии кадровых коммунистических организаций, в неготовности левых организаций, занятых междоусобной грызней. Между тем это типичная постановка телеги перед лошадью.

Несмотря на культурную гегемонию буржуазии, пропаганду СМИ и усилия политиканов, массы способны выйти на улицу, заявить о своем отчаянном положении и даже сформулировать первичные требования. В феврале 1917 года, рабочие Петрограда скандировали «Мира!», «Хлеба!», «Долой Самодержавие!».

Все верно, именно эти требования масс была способна осуществить только партия большевиков, и она их честно осуществила (включая "Землю - крестьянам").

Но то, что было достаточно в прошлом веке, в этом уже недостаточно, потому что встает вопрос экономики (как он встал и перед большевиками). И опыт прошлого века опять же показал, что национализация или даже обобществление средств производства, элиминация (в жесткой или мягкой форме) буржуазии - отнюдь не гарантия того, что социалистическая экономика начнет тут же показывать чудеса и крыть экономику капиталистическую как бык овцу.

Ответа тут два - строить экономику жестко централизованную или создавать какие-то гибриды. Жестко централизованная экономика, в которой происходит принуждение к труду, хорошо работает в ситуациях форс-мажора, но в долгосрочной перспективе имеет очень серьезные проблемы.

Самое интересное, что, если верить уже неоднократно мною цитировашегося многознающему функционеру ЦК КПСС Брутенцу, это понимали в СССР, и задолго до т.н. "косыгинских" реформ.

Акопов, посол в Кувейте и Ливии, мне рассказывал, что в январе 1953 г. Госплан (где он работал), Минфин и еще три ведомства — после соответствующего зондажа или даже по инициативе Сталина — направили ему записку. В ней говорилось, что период восстановления народного хозяйства подошел к концу и жесткое централизованное регулирование государством начинает тормозить развитие производительных сил. Необходимо: сократить номенклатуру продукции, включаемую в план, который утверждается правительством и Верховным Советом; сократить номенклатуру продукции, распределяемой государством (по плану снабжения), цены па которую устанавливаются им (дать возможность действовать закону стоимости в «преобразованном виде», а рынку — играть определенную роль); предоставить большую свободу экономической деятельности министерствам, ведомствам, предприятиям, а также республикам. Сталин прореагировал неожиданно. Его резолюция гласила: «Я — за. Но не время».

Гибридные формы всегда будут порождать то, что происходит сейчас с экономикой в Венесуэле - какие-то фантастические черные и белые курсы иностранных валют, дотации на продовольствие и, значит, расцвет черного рынка и вымывание продовольствия туда - и прочие прелести.

Китайцы, не мудрствуя лукаво, решили полностью открыть механизмы рынка (читай: капитализма), в итоге вопрос, что там там вообще от социализма осталось, кроме красных флажков и серпов-молотов.

Так что (это мое личное мнение) вопрос перед левыми сейчас не в создании правильной левой партии (какие у большевиков перед революцией были склоки - мама не горюй! - а когда пришло время, работали все вместе и вполне удачно), а именно четкое предложение того, что дальше, после того, как буржуи ~~съедены~~ элиминированы. При этом понятного не только усердным читателям книг по политэкономии, но и простому человеку (как говорил Эйнштейн, верную физическую теорию можно объяснить даже посудомойке).

Этого пока не происходит. Поэтому все вспышки, которые наверняка будут и в России, или реакционны (как на Украине), или арьергардны, как в Боснии.