kommari | мои три дня в августе 1991

Уже 19 я понял, что происходят очень важные события и делал какие-то заметки.
Первая мысль: переворот? фарс? трагедия?

Классическая музыка по всем каналам, постоянные повторения по радио одних и тех же сообщений. Дурацкое непрерывное "Лебединое озеро".
Разговоры на работе с коллегами - многие ждут арестов. Так, как я довольно активно работал в левом крыле Ленинградского народного Фронта, кое-кто предсказывает мне крупные неприятности.
Прекратившие платить взносы члены КПСС побежали в партком узла связи, где я тогда работал техником, платить пропущенные взносы. Это абсолютно реальный факт, я бы мог даже назвать фамилии людей. И таких людей было в тот день довольно много. Интересно, как они потом с этим воспоминанием жили.

Нас направили в райотдел милиции - проверять линии связи. Помню, что ментам было раздано оружие - автоматы, и весь состав УВД был вызван из увольнений и отпусков.

В фарс все обратилось вечером. По тогда еще Ленинградскому ТВ выступил Собчак и Яров - он был, если не ошибаюсь, областным руководителем. Ярова, как и заместителя Собчака Щербакова включили в местный комитет ЧП без их согласия.
Собчак прочел постановления Ельцина о том, что члены ГКЧП объявляются государственными преступниками и подлежат суду и что власть на територии РСФСР переходитв руки Ельцина.

В программе "Время" вечером кроме официальных сообщений показали баррикады у здания Верховного Совета. Показывали солдат, которые говорили, что стрелять в народ не будут и показывали корреспондентам пустые обоймы. На танках сидели дети и демонстранты с трехцветными флагами. То, что по первому каналу все это показали, было одним из первых гвоздей в гроб ГКЧП.

Западное радио не глушилось, поэтому у меня постоянно была включена "Свобода".
20-го в Питере огромный митинг в поддержку Ельцина. В нем принимали участие многие мои знакомые, в том числе и далекие от политики. Спустя несколько лет кое-кто из них стыдился этого факта.

Уже 20-го все время идут сообщения о переходе различных воинских частей и целых родов войск на сторону Ельцина.
20-го, в 22.00 Невзоров в передаче "600 секунд" говорит, что это не госпереворот, а инсценировка - показать стране, что может быть без Горбачева и дискредитировать правых (их тогда так называли!) - группу "Союз", КПСС и патриотов.
Гидаспов, руководитель Лениградских коммунистов, выступает по телику с каким-то дурацким заявлением: "А что, что-то происходит? Да ну что вы, все образуется и будет хорошо!""

Мои знакомые "новые социалисты" - потом Партия Труда, и левые эсдеки проводят все это время в заднии Ленсовета, где функционирует Штаб борьбы с госпереворотом. Я абсолютно не разделяю их энтузиазм, хотя деятели из ГКЧП не вызывают у меня ни малейшей симпатии. Саморазоблачительная прессконференция по ТВ, после которой все становится ясно.

Интересна реакция знакомых. Один приятель занимался частным извозом - 19-го приехал в Ленсовет и три дня работал на штаб обороны. У другого знакомого отец, тоже кооператор, владел грузовиком. Тоже получил от Ленсовета спецпропуск и все три дня мотался по городу, выполняя поручения "осажденных". Еще один, ресторатор, возил к Ленсовету напитки и еду. То есть классово нарождающаяся мелкая буржуазия понимала, где "свои".

Интересна история с вводом танков и бронетехники в город - говорили, что они выдвинулись к Ленинграду, но остановились в районе Сиверской.

Сейчас, вспоминая те три дня, помнится, что сначала была жуткая тревого с некоторой долей надежды - может быть, есть какой-то способ спасти страну и советскую власть, хотя умом уже тогда было понятно, что процесс зашел слишком далеко. А потом - по нарастающей - недоумение, презрение и чувство нелепости от всего происходящего.

Когда 21-го на Невском молодые девочки и мальчики раздавали бесплатные газеты с заголовками "Победа!", у меня чуть ли не впервые заболело сердце.

21 августа вечером я написал в записную книжку: "С социализмом на 1/6 части земного шара покончено".