"в языкознании вы познали высший толк..."
Sep. 29th, 2007 09:44 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kommariКак справедливо заметил жж-френд comte_de_varand (умнейший, несмотря на свою молодость, человек, скажу я вам), новая реальность для своего описания требует нового языка.
Здесь, однако кроется некая тонкость, которая может привести к серьезнейшим последствиям - как познавательным, так и чисто политическим.
СССР и поздняя КПСС проиграли в конце 80-х - начале 90-х в том числе и потому, что приняли язык своих противников. Когда Горбачев и тогдашние идеологи типа Вадима Медведева начали употреблять слово "рынок", пусть и сопровождая его определениями "социалистический", они фактически подписали приговор советской модели - при этом, возможно, сами верили в то, что говорили, в отличии от ренегата Яковлева, который с самого начала, то есть с 1985 года, если верить его воспоминаниям, работал на развал системы.
(отступление) Я несколько дней назад с большим удивлением услышал по финскому радио подробный рассказ о книге Томаса Борхе (это, ежели кто не знает, легендарный никарагуанский революционер-сандинист), или, точнее, книге-интервью Борхе с Фиделем Кастро. Я, к сожалению, не слышал передачу с самого начала, поэтому не знаю, шла ли речь о какой-то новой книге, или нет, а на сайте финского госрадио подкастинг этой передачи не выложен, но в ней Кастро много говорит об уроках развала СССР. Так вот, удивило меня в ней то, что Кастро до сих с симпатией говорит о Горбачеве и считает, что тот действительно хотел обновления советсской модели при сохранении социализма. Как известно, среди российских левых Горбачев вызывает гремучую смесь презрения и ненависти, поэтому слышать слова Фиделя было удивительно.
Здесь, однако кроется некая тонкость, которая может привести к серьезнейшим последствиям - как познавательным, так и чисто политическим.
СССР и поздняя КПСС проиграли в конце 80-х - начале 90-х в том числе и потому, что приняли язык своих противников. Когда Горбачев и тогдашние идеологи типа Вадима Медведева начали употреблять слово "рынок", пусть и сопровождая его определениями "социалистический", они фактически подписали приговор советской модели - при этом, возможно, сами верили в то, что говорили, в отличии от ренегата Яковлева, который с самого начала, то есть с 1985 года, если верить его воспоминаниям, работал на развал системы.
(отступление) Я несколько дней назад с большим удивлением услышал по финскому радио подробный рассказ о книге Томаса Борхе (это, ежели кто не знает, легендарный никарагуанский революционер-сандинист), или, точнее, книге-интервью Борхе с Фиделем Кастро. Я, к сожалению, не слышал передачу с самого начала, поэтому не знаю, шла ли речь о какой-то новой книге, или нет, а на сайте финского госрадио подкастинг этой передачи не выложен, но в ней Кастро много говорит об уроках развала СССР. Так вот, удивило меня в ней то, что Кастро до сих с симпатией говорит о Горбачеве и считает, что тот действительно хотел обновления советсской модели при сохранении социализма. Как известно, среди российских левых Горбачев вызывает гремучую смесь презрения и ненависти, поэтому слышать слова Фиделя было удивительно.
Так вот, когда советские коммунисты стали употреблять слово "рынок" (опять отступление - слово употреблять вызывает у меня какое-то странное чувство, все время кажется, что в нем скрыта какая-то неприличность, непонятно только, какая: употре-блять - нормальное слово, ничего неприличного), то вполне естественным было то, что они подписались играть по правилам либералов, для которых рынок был куда органичнее - и при этом без всяких дополнительных и отягащающих определений - типа "социалистический".
Точно так же советские коммунисты отдали тогда же слово "левый". "Историческое" выступление Ельцина на танке в 1991 году начиналось словами "в стране произошел реакционный правый переворот" - когда Ельцинсдох умер, это выступление сотни раз показывали по телику, и я заметил, что никто ни тогда, ни сейчас не спросил: "Простите, граждане, но если ГКЧП были "правые", то Ельцин-Гайдар-Чубайс, сталбыть, "левые", то есть за социальную справедлиовсть, "за бедных", так сказать?" В конце концов начиная с далекой Великой Французской революции, когда в зале заседаний Конвента якобинцы, тогдашние большевики (недаром Ленина враги обзывали русским якобинцем), заняли места слева, "левыми" называют тех, кто за эту самую справедливость - в более или менее радикальной степени.
Опять же, в отличии от наших шулеров, которые в период "перестройки" играли на том, что слово "левый" в сознании советского человека прочно было связано со словом "за народ", в Восточной Европе времен бархатных революций противники социализма не скрывали, что они именно правые. Был даже эпизод в Праге в 1989 году, когда много-многотысячная демонстрация противников Компартии шла по городу, и кто-то из руководителей колонны сказал: "Сейчас поворачиваем налево!", то толпа начала скандировать: "Надоело налево! Только направо!"
Сейчас и наши "левые" времен Межрегиональной депутатской группы сейчас состоят в СПС - Союзе Правых Сил - потому что дело, как говориться, сделано, и можно называть вещи своими именами.
Другой пример. По телику выступает журналист-либералюга Свинаренко (идеально подходящий к своей фамилии, кстати), и рассказывает, как на заре газеты "Коммерсантъ", то есть еще при Советской власти, они "создавали новую реальность". Открывалась в Москве вторая коммерческая палатка, торгующая "сникерсами" - и на следующий день "Коммерсантъ" выходил с заголовком на первой полосе: "Число предприятий малого бизнеса в Москве выросло на 100 процентов!" То есть еще не было фактически ничего, элементы рынка по сравнению с махиной советской госэкономики были даже не в зародыше, а вообще микросокопичны - но либеральные СМИ уже навязывали этот язык, этот дискурс (прошу прощения за это слово) обществу. И, опять же, советские СМИ - "Правда" и др. начинали писать в этой же языковой реальности - изменяя, таким образом, реальную реальность и сдавая ее одновременно своим противникам.
Поэтому, называя слова "капитализм", "буржуазия", "эксплуатация" архаичными, не отвечающими социально-экномической картине нашего времени, вы фактически принимаете правила игры, навязанные современными идеологами неолиберализма, то есть правыми. И в конструкциях типа "постиндустриальное общество", "эра информационных технологий", "социальное партнерство", надежно прячется до боли родные неравенство, эксплуатация, конкуренция как экономическое выражение homo hominis lupus est - человек человеку волк и прочие нисколько не изменившиеся с XIX века и описанные двумя бородатыми философами принципы, являющиеся базовыми для капитализма.
Это не значит, что язык описания реальности не должен меняться. Должен. Но эти изменения должны быть органичны левому мышлению. И говоря, что "XXI век должен быть веком преодоления антагонизма между предназначением человека и его реальным положением, обусловленным общественно-экономическим характером общества", мы должны помнить, что это, в сущности, старое "Смерть буржуям!"
и немедленно выпил
Точно так же советские коммунисты отдали тогда же слово "левый". "Историческое" выступление Ельцина на танке в 1991 году начиналось словами "в стране произошел реакционный правый переворот" - когда Ельцин
Опять же, в отличии от наших шулеров, которые в период "перестройки" играли на том, что слово "левый" в сознании советского человека прочно было связано со словом "за народ", в Восточной Европе времен бархатных революций противники социализма не скрывали, что они именно правые. Был даже эпизод в Праге в 1989 году, когда много-многотысячная демонстрация противников Компартии шла по городу, и кто-то из руководителей колонны сказал: "Сейчас поворачиваем налево!", то толпа начала скандировать: "Надоело налево! Только направо!"
Сейчас и наши "левые" времен Межрегиональной депутатской группы сейчас состоят в СПС - Союзе Правых Сил - потому что дело, как говориться, сделано, и можно называть вещи своими именами.
Другой пример. По телику выступает журналист-либералюга Свинаренко (идеально подходящий к своей фамилии, кстати), и рассказывает, как на заре газеты "Коммерсантъ", то есть еще при Советской власти, они "создавали новую реальность". Открывалась в Москве вторая коммерческая палатка, торгующая "сникерсами" - и на следующий день "Коммерсантъ" выходил с заголовком на первой полосе: "Число предприятий малого бизнеса в Москве выросло на 100 процентов!" То есть еще не было фактически ничего, элементы рынка по сравнению с махиной советской госэкономики были даже не в зародыше, а вообще микросокопичны - но либеральные СМИ уже навязывали этот язык, этот дискурс (прошу прощения за это слово) обществу. И, опять же, советские СМИ - "Правда" и др. начинали писать в этой же языковой реальности - изменяя, таким образом, реальную реальность и сдавая ее одновременно своим противникам.
Поэтому, называя слова "капитализм", "буржуазия", "эксплуатация" архаичными, не отвечающими социально-экномической картине нашего времени, вы фактически принимаете правила игры, навязанные современными идеологами неолиберализма, то есть правыми. И в конструкциях типа "постиндустриальное общество", "эра информационных технологий", "социальное партнерство", надежно прячется до боли родные неравенство, эксплуатация, конкуренция как экономическое выражение homo hominis lupus est - человек человеку волк и прочие нисколько не изменившиеся с XIX века и описанные двумя бородатыми философами принципы, являющиеся базовыми для капитализма.
Это не значит, что язык описания реальности не должен меняться. Должен. Но эти изменения должны быть органичны левому мышлению. И говоря, что "XXI век должен быть веком преодоления антагонизма между предназначением человека и его реальным положением, обусловленным общественно-экономическим характером общества", мы должны помнить, что это, в сущности, старое "Смерть буржуям!"
и немедленно выпил
