чей в лесу шишкин

[kommari]

В газете "Хельсингин Саномат" аккурат в День Победы опубликовано эссе живущего в Швейцарии русского писателя Шишкина "Россия впала в средневековье".

Ничего нового в нем нет: "можно ли любить своего отца, если он Чикатило? А Россия - это Чикатило, моя родина убила миллионы и миллионы, как чужих детей, так и своих - и всё не может остановиться". И так далее.

(Для знающих финский:
Muuten, olihan Tšikatilokin, se kuuluisa sarjamurhaaja, myös isä. Ehkä hyväkin isä. Miten pojan pitäisi suhtautua häneen? Tšikatilo surmasi useita kymmeniä ihmisiä. Minun isänmaani taas miljoonia ja miljoonia. Sekä vieraita lapsia että omiaan. Omia paljon enemmän. Eikä osaa millään lopettaa.)

Все это не ново и, опять же, не стоило бы даже внимания - после Макаревича, Акунина и прочих Ахеджаковых. Но тут есть одно личное "но". Мне при советской власти привили вкус к хорошей прозе (спасибо как маме, так и учителям) и в общем я беспристрастно могу сказать, что как писатель г-н Шишкин неплохой.

И вот тут у меня рождается странный вопрос: вот почему даже какого-нибудь архиреакционера и антисоциалиста Достоевского я вполне и очень уважаю, а вот г-н Шишкин вызывает брезгливость.

Или - еще так, по-другому: почему русские писатели XIX века были совестью народа - при этом самые разные, от социалистов и разночинцев до дворян и графьев, а вот эти акунины и шишкины как бы и хотят быть совестью народной, а на выходе...

Где каждый в душе - Сид Вишес,
А на деле - Иосиф Кобзон...

А вот подумав, наверное понял. Все их предшественники в веке XIX, даже самые лютые реакционеры или, наоборот, прогрессисты, имели одну общую черту. Они действительно были за народ. И при этом это не была показуха. Нет, они и на балы ездили, или там по Баден-Баденам, и ничто человеческое им не было чуждо, но вот простого русского человека они реально жалели - так и было за что, потому как всегда жить в России - это не привилегия, и вот эта любовь к маленькому человечку, к винтику,  к жалкому Акакию Акакиевчу, пусть даже неявно, но у любого из них видна. Потому и народ платил им уважением - и давал моральное право служить своей вербализированной совестью.

А вот для Шишкиных и Акуниных народ - это в сущности только они сами, только вот этот их круг "возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке". На народ же им насрать с высокой горки - что они в 90-е и продемонстрировали, когда никакая сволочь, никакой Дима Быков даже шепотом не прошептал словечка осуждения насчет того, что вытворяли над страной и народом Ельцин, Гайдар и прочие чубайсы - а прямо наоборот, мелькали в телевизоре, жрали икру на презентациях, наедая хари и репутации.

Но вот почему-то Шишкин (и иже с ним) до сих пор считает, что может полагать себя неким морально-этическим стандартом, имеющим право давать оценки стране, ее истории, всему народу.

Не, г-н Шишкин, не получается. На словах ты, быть может и Лев Толстой, но вот на деле...

Comments

[nadkin-muzh.livejournal.com]

Всех грешников, клятвопреступников и тайных рукоблудов Чорт в наказание после смерти посылает отбывать в шкуре русскага пейсателя второй половины ХХ и первой половины ХХI века.
Вот оне и злобствуютЪ.

[beobaxter.livejournal.com]

[(Anonymous)]

В шкуре русскага пейсателя Лукьяненко очень хорошо. И в шкуре пейсателя Прилепина тоже неплохо.

[kihotkin.livejournal.com]

Трифонов, Пелевин, Прилепин, Алексей Иванов, Юзефович, Маканин

[beobaxter.livejournal.com]

Прямо какой-то нерукопожатный вопрос!

"Можно ли любить своего отца, если он оголтелый подкулачник?" (П. Морозов)

[elementarytroll.livejournal.com]

Да, можно.
Но есть еще и закон.

[seerozha.livejournal.com]

Просто не надо путать любовь со справедливостью.

"
- Жалеть! зачем меня жалеть! - вдруг возопил Мармеладов, вставая с протянутою вперед рукой, в решительном вдохновении, как будто только и ждал этих слов. - Зачем жалеть, говоришь ты? Да! меня жалеть не за что! Меня распять надо, распять на кресте, а не жалеть! Но распни, судия, распни и, распяв, пожалей его! И тогда я сам к тебе пойду на пропятие, ибо не веселья жажду, а скорби и слез!..
"

[proseka199.livejournal.com]

и вот потому-то их просто всех смоет, как вонь подзалупную.

Все-таки, на мой взгляд, интеллигенция в прежнем виде в России уже не возродится. Именно потому, что нечего РАЗОБЛАЧАТЬ - люди просто говорят "ну и что?"

На все эти взывания к "голодоморам" и т.п.

Как ни странно, но именно "либералы" - это и есть "совки". С их воинствующим морализмом и "слезинками".

А те, кого они "совками" обзывали - как раз и "стряхнули" это.

[(Anonymous)]

Откровенное признание в аморализме россиян.

[zamorski.livejournal.com]

Писатели прошлого, и не только русские (Воннегут, Сен-Екзюпери) были гуманисты. Эти не пойми кто.

[holy-holokost.livejournal.com]

эти постмодернисты. То есть всё у них "как бы"

[b00r00ndook.livejournal.com]

Солженицын в 90-е осуждал Ельцина, его моральный авторитет для вас вырос?

[nadkin-muzh.livejournal.com]

А Солженицын - писатель??? Хренасе...

Антисоветчик - антинародник

[Дьер Гарибальди (from livejournal.com)]

Как говорил Меньшов, что ему в шестидесятые стало ясно, что если ты выступаешь против советской власти, то ты выступаешь против народа. Как озверела вся эта творческая тусовка, когда он получил "Оскар" и каких только гадостей про него и про фильм не придумывали и слухи распускали гнусные... Но все прошло, а народ остался.

[(Anonymous)]

А что, не средневековье разве? В России возрождается многожёнство.

[annapereslavl.livejournal.com]

На народ насрать не в меньшей степени нашим казённым госпатриотам.

И это, кстати, как раз то самое, что роднит казённых патриотов и наших либералов: тем и другим насрать на народ.

Поэтому у меня нет брезгливости, когда либералы вопят про кровожданость кремляди - ведь это правда
Нет брезгливости когда госпатриоты хрюкают про пятиколонников-либералов - ведь это правда
Чума на оба их дома. Чума на всё это порождение ельцина.

Но брезгливость действительно есть. По отношению к тем и другим вместе взятым. Какая бы из этих двух ягодиц нашей задницы не одержала верх в пылу своего говнословия, те и другие недостойны уважения. По всем понятиям.

[nadkin-muzh.livejournal.com]

Стесняюсь спросить - а между ягодицами кто или что?

[(Anonymous)]

Я имею сказать следующее.
Очень либеральное, очень антисоветское даже - но вот ясное слово.
Дело в рыночной экономике письма, да.
Писателю 19 века было экономически важно, чтобы его сочинения покупали, следовательно - чтобы их читали.
Поэтому вовсе завраться он не мог, а кто мог - тех быстренько поправляли.
Уже при советской власти важно было прежде всего нравиться начальству, а на читателя - типо начхать.
В результате взросла могучая плеяда, чьи творения полностью непригодны к вротреблению.
Теперь это еще более так - кормит никак не читатель, а всякие букеры.
Результаты налице.
Ну, и еше одно. В позапрошлом веке народушко было любить куда способнее, чем ныне. Ибо был он великий молчальник и велий страстотерпец. Хотя первые звоночки уже прозвенели (Короленко,"Художник Алымов").
А уж потом, в прошлом веке сей страстотерпец заговорил, да так заговорил, что...что лучше мне просто умолкнуть на этом пункте.
Сапиенти типо сат.

[(Anonymous)]

Как никто меня, меньшевика, не комментит (и правильно же делает) дополню малость сам себя.
Вот почему живой журнал читать интересно?
Да потому, что он стоит на тех же принципах, на коих русская литература 19 века стояла - свободного соглашения с читателем.
"Хошь не хошь - соблазняй читателя, улещивай,доказывай, уловляй сердца!"(М.Е.Салтыков-Щедрин). Вот и выходит интересно.
А возьми проплаченного жульнариста, аль писаку какого (Да никако ты писака!) - так как будто сочинения мыслящих грибов или рептилоидов читаешь.
Плюнуть и отвортится - ничего человеческого вообще.

[bauris.livejournal.com]

Вернее всего, дело в том, что во времена Толстого и Достоевского никакой субъектностью народ не обладал. Нищета, угнетение, вот это вот все, и потому средний представитель тогдашнего народа не видел ничего дальше околицы, не знал ничего кроме работы, не верил ни во что кроме дедовских суеверий и поповского бормотания, и спрашивать со столь несчастного существа хоть что-то осмысленное было глупо и где-то даже жестоко: за злую судьбу оставалось этот народ только пожалеть.

А по итогам ХХ и начала ХХI века русскому писателю/обозревателю/просто неравнодушному мимохожему открылось: народ, вышедший из деревень в мегаполисы, более-менее защищенный в своих витальных потребностях, пользующийся благами прогресса, получивший образование и недавно открывший для себя почти неограниченные возможности его самостоятельного расширения, имеющий какое-никакое представление о мире и нередко повидавший хотя бы часть его, мира - никакой субъектности за редкими исключениями так и не обрел. Он, в лучшем случае, желает быть таким же темным, несамостоятельным, ведомым и беспомощным, как его забитый и задавленный предок, в худшем (и довольно нередком в последнее время) - куда более диким и опасным, чем в целом мирный и спокойный предок же.

"Совестливость" (хоть в ироничном смысле, хоть нет) предполагает ответственность, и не только для того, кто метит в "совесть нации", но и для тех, кого он судит. Ответственность современный народ, в отличие от народа XIX века, по перечисленным выше причинам нести может и должен: он кузнец и своих, и чужих несчастий. Умиленно или сердобольно причитать над нынешним народом - значит, идти не только против морали, но и против логики.

В самом ли деле заслуженное осуждение или изобличение у всех/большинства современных витий переходит в незаслуженное (а незаслуженным является только такое, что закрывает дорогу к покаянию и исправлению и закрепляет в неполноценном онтологическом статусе всех и навсегда), или это лишь проекции/стокгольмский синдром/еще какие-то причуды борцов с совестливыми и рукопожатными, уже менее ясный вопрос.

[Виталий Владимирович (from livejournal.com)]

неполноценном онтологическом статусе

было бы крайне шикарно узнать, что означает это словосочетание.
это который из зайнов - через i, y?
который зайнде или который не зайнде?
ну и вообще как-то развернуть поподробнее с этого момента.
заранее спасибо.

[Виталий Владимирович (from livejournal.com)]

об Андрее Романовиче это зря. всем известно, что он был украинским патриотом.

[(Anonymous)]

господин коммари почему-то считает, что для того, чтобы "иметь право давать оценки стране, ее истории, всему народу", надо быть каким-то "морально-этическим стандартом", Львом Толстым. а это вовсе не так.
это право любого свободного (вольного) гражданина. даже обязанность.
в старые времена, при царях, "вольными" были только люди дворянского сословия. поэтому они и писали, критиковали, злословили. и за это им ничего не было. или было но не смертельно. а вот людишек подлого сословия забивали насмерть или просто вешали.
при большевиках формально вольными были все, а практически никто. оттуда и Солженицын в ссылке.

сейчас же все вольные. все право имеют. мандаты на "стандарты" больше не выдают ни царь ни Партия.
а кто будет "стандартом", Макаревич или Газманов - решит история. по результату.
т.ч. не надо запрягать телегу впереди лошади.

[iglebor.livejournal.com]

Да не был Достоевский реакционером! Просто критиковал с посконных общинно-коммунистических позиций современный ему мещанский западноевропейский социализм, в основе которого лежала антропологическая модель сквалыжного эгоиста:
"Но опять-таки что же делать социалисту, если в западном человеке нет братского начала, а, напротив, начало единичное, личное, беспрерывно ослабляющееся, требующее с мечом в руке своих прав. Социалист, видя, что нет братства, начинает уговаривать на братство. За неимением братства он хочет сделать, составить братство. Чтоб сделать рагу из зайца, надо прежде всего зайца. Но зайца не имеется, то есть не имеется натуры, способной к братству, натуры, верующей в братство, которую само собою тянет на братство. В отчаянии социалист начинает делать, определять будущее братство, рассчитывает на вес и на меру, соблазняет выгодой, толкует, учит, рассказывает, сколько кому от этого братства выгоды придется, кто сколько выиграет, определяет, чем каждая личность смотрит, насколько тяготеет и определяет заранее расчет благ земных; насколько кто их заслужит и сколько каждый за них должен добровольно внести в ущерб своей личности в общину. А уж какое тут братство, когда заране делятся и определяют, кто сколько заслужил и что каждому надо делать?...
...Конечно, есть великая приманка жить хоть не на братском, а чисто на разумном основании, то есть хорошо, когда тебя все гарантируют и требуют от тебя только работы и согласия. Но тут опять выходит загадка: кажется, уж совершенно гарантируют человека, обещаются кормить, поить его, работу ему доставить и за это требуют с него только самую капельку его личной свободы для общего блага, самую, самую капельку. Нет, не хочет жить человек и на этих расчетах, ему и капелька тяжела. Ему все кажется сдуру, что это острог и что самому по себе лучше, потому – полная воля. И ведь на воле бьют его, работы ему не дают, умирает он с голоду и воли у него нет никакой, так нет же, все-таки кажется чудаку, что своя воля лучше. Разумеется, социалисту приходится плюнуть и сказать ему, что он дурак, не дорос, не созрел и не понимает своей собственной выгоды; что муравей, какой-нибудь бессловесный, ничтожный муравей, его умнее, потому что в муравейнике все так хорошо, все так разлиновано, все сыты, счастливы, каждый знает свое дело, одним словом: далеко еще человеку до муравейника!
Другими словами: хоть и возможен социализм, да только где-нибудь не во Франции."
Достоевский считал, что если справедливое общество строить на эксплуатации якобы "естественно присущего человеку эгоизма, определяющего всё его поведение", то никакого справедливого общества не получится.

[a-tsem.livejournal.com]

Ну вообще-то как раз Дима Быков, в отличие от других, слегка прошептал.
У него в "Огоньке" был рассказ, к котором чубайсы очень удивлены, что в 2017 году произошла очередная социалистическая революция.... ну пусть погром.
Но посыл был четкий - чубайсам: что ж вы, суки, творите беспредел, а потом будете удивляться.

[lazar-kr.livejournal.com]

"И оказалось, что школа – это такой же символ всей страны, как армия или тюрьма. И в ней все отражается. Отношения в детском коллективе – это абсолютные отношения диктатуры. Мне захотелось что-то поменять хотя бы в своем классе, изменить закон, по которому живет и влачится эта жизнь. Веками здесь жили по принципу: сильный отнимает у слабого пайку, занимает лучшие нары, а слабого оттесняет к параше. Хотелось, чтобы в этой стране жили по закону человеческого достоинства. Пять лет я проработал в школе. Совершенно искренне и честно делал все, что мог. У меня ничего не получилось. Я не смог изменить страну".

Это Михал Палыч про нашу родную школу, 444-ю, всю из себя математическую и демократическую (но не в смысле учебы, с учебой, конечно, полная диктаура была не тянешь, гуляй). Он вообще-то немецкий вел, но немного и английский. В 10-м даже у нашего класса, только у другой подгруппы. Некоторые из наших его любили и уважали, хотя сдержанно - любимчики у нас среди учитилей другие были - не те, что внедряли "самоуправление" сверху, а потом удивлялись, почему детки от такого его самоуправления не в восторге, мягко сказать. Вот он нам выскомерным умникам-разумникам и не простил. Обнаружил, спустя долгие годы тюремные порядки. Блеск!

А мне он тогда нелепым казался и лицемерным. Он, ксати, и навязывал "тюремные порядки" в рамках того самого так и не прижившегося самоуправления сверху.

Ну а как писатель - он просто жулик. Точнее, не просто жулик, а постмодернист.

[lazar-kr.livejournal.com]

Веру Панову он лихо обокрал, а когда поймали: хоть плюй в глаза - божья роса.

[moonwalker72.livejournal.com]

В 2006 году в «Литературной газете» была опубликована статья поэта А. Танкова, в которой утверждалось, что роман М. Шишкина «Венерин волос» содержит заимствования из книги воспоминаний В. Пановой «Моё и только моё». М. Шишкин в ответ заявил, что желает «написать идеальный текст, текст текстов, который будет состоять из отрывков из всего написанного когда-либо».

«Заимствовать у других композиторов это все равно, что заимствовать у народа. Заимствовать у народа - заимствовать у себя. И главное, чтобы музыка была твоя и когда говорят "плагиат", я говорю "традиция"».

[alexpi.livejournal.com]

Потому что и Чертишвили, и Зильбертруд какой-нибудь - советские пейсатели, совсем нерусские. Их нам на шею посадил совок.
А дореволюционные Русские писатели были таки русскими, даже гандон Герцен.

[(Anonymous)]

Гандоном твой папа был,иди булкой белогвардейской хрустеть в другом месте.

[scholarpunk.livejournal.com]

> почему даже какого-нибудь архиреакционера и антисоциалиста Достоевского я вполне и очень уважаю,
> а вот г-н Шишкин вызывает брезгливость.

патамушта ватнек?..

[pronzus.livejournal.com]

Лично мне вообще чем дальше, тем сильнее непонятно, почему человек, хорошо (или даже не очень хорошо) умеющий писать стихи или прозу, автоматом начинает считать себя непререкаемым авторитетом в области политики и этики.
"Поэт в России больше, чем людей..." (с)