kommari | уничтожение Романовых

Как истинный жЫдобольшевик, я не могу не обойти тему уничтожения царской семьи и Романовых вообще в 1918 году.

Скажу сразу, я не профессиональный историк. Но темой заинтересовался еще тогда, когда солдатиком-радиомехаником сидел ночами на дежурстве в "подземке" центра управления ПВО, а в шкафу нашлись не читанные никем "толстые" журналы 60-х и 70-х годов, в том числе и журнальный вариант работы Касвинова "Двадцать три ступени вниз". Единственная книга о казни Романовых во второй половине советской эпохи. Ниже некоторые материалы, которые привлекли мое внимание, когда я попробовал из занудства и любознательности изучить эту тему. А еще считаю, что историю нельзя отдавать идеологическому противнику, или замалчивать - если речь идет о непростых фактах. На чем мы и погорели 20 лет назад, когда история превратилась в динамит, которым разрушили страну и советский народ.

Тема казни царской семьи в перестройку была поднята журналом "Огонёк" п/у Виталия Коротича, если мне не изменяет память, в 1988 году. Когда там была опубликована статья Гелия Рябова о его поисках место захоронения расстрелянной семьи в конце 70-х годов, то есть еще в Советские времена. Гелий Рябов, кто не знает, был автором книг и сценариев, посвященных истории Советской милиции, в частности автором сценария телесериала "Рожденная Революцией", за которую он получил кучу всяких наград и премий. Менее известно, что он работал помощником министра внутренних дел Щёлокова, человека, который олицетворял разложение позднесоветского обществ. Сам Рябов вспоминал в одной из статей, что Щелоков сочувственно говорил о Романовых и фактически помогал Рябову в его разысканиях.

Это очень характерная черта той эпохи - когда "днём" пишутся книги про славную Революцию, славную ВЧК и доблестную милицию, а "вечерами" занимаются доморощенным монархизмом. И когда министры Советского правительства, члены ЦК КПСС, сочувствуют царю, которого народ называл Николаем Кровавым.

Гелий Рябов также сценарист фильма "Казнены на рассвете" о брате Ленина, Александре Ульянове.

Еще менее известно, что в 60-х годах в журнале Всеволода Кочетова "Октябрь" (тогда - оплот сторонников реабилитации И.С.Сталина) была опубликована детективная повесть Рябова и Нагорного, действие которой происходит в 1934, в момент убийства Кирова, и в которой очень ярко и красочно показана атмосфера в стране после этого убийства - при этом с очень ортодоксально сталинистких позиций. Повесть не переиздавалась ни в 70-х-80-х, ни во время перестройки и после. Отсутствует она во всех статьях, посвященных Г.Рябову в Сети. А жаль.(Кстати, повесть не упоминается даже в наиболее полной библиографии советской литературы на www.biblus.ru, где собрана информация о книгах, выпускавшихся в СССР - и, таким образом, можно сделать вывод, что в книжном виде она вообще не издавалась).

В принципе, все, что было написано про Романовых потом, было развитием статей и книг Г.Рябова.

Самым большим специалистом по вопросу стал Э.Радзинский (естественно), книга которого, посвященная Николаю Второму (и его казни) полна неточностей, а иногда и прямого вранья. Поэтому не считаю нужным на ней останавливаться.

Советский историк Генрих Иоффе (ныне живущий в Канаде) еще в советское время опубликовал несколько статей про казнь царской семьи. И вот тут хотелось сказать несколько слов.

Иоффе несколько неубедительно пытался доказать (как и его предшественник Касвинов), что решение о казни Романовых было самоуправством Уральского совета, и что Москва к этому не имела отношения.

Эта версия, как считается, и как долгое время считал и я, была опровергнута. Сейчас уже устоялось точка зрения, что убийство Романовых (не только царской семьи. но и великих князей в Алапаевске и Михаила Романова) была спланированной акцией большевиков, действовавших по инструкциям, полученным от Ленина и Свердлова.

В качестве доказательства приводятся расшифрованные телеграммы Уралсовета в Москву о казни Романовых и кусок из дневников Льва Давыдовича Троцкого - запись от 9 апреля 1935 года:

Белая печать когда-то очень горячо дебатировала вопрос, по чьему решению была предана казни царская семья... Либералы склонялись к тому как будто,   что   уральский исполком,   отрезанный   от   Москвы,   действовал самостоятельно. Это неверно. Постановление было вынесено в Москве. Дело
происходило в критический период гражданской войны, когда я почти все время проводил на фронте, и мои воспоминания о деле царской семьи имеют отрывочный характер. Расскажу теперь, что помню.

В один из коротких наездов в Москву -- думаю, что за несколько недель до казни Романовых -- я мимоходом заметил на политбюро, что ввиду плохого положения на Урале следовало бы ускорить процесс царя. Я предлагал открытый судебный   процесс,   который   должен   был   развернуть   картину    всего царствования... Ленин откликнулся в том смысле, что это было бы очень
хорошо, если б было осуществимо. Но... времени может не хватить... Прений никаких не вышло, так (как) я на своем предложении не настаивал, поглощенный другими делами. Да и в политбюро нас, помнится, было трое-четверо: Ленин, я, Свердлов... Каменева как будто не было. Ленин в тот период был настроен очень сумрачно, не верил, что удастся построить армию... Следующий мой
приезд в Москву выпал уже после падения Екатеринбурга. В разговоре со Свердловым я спросил мимоходом:
     -- Да, а где царь?
     -- Кончено, -- ответил он. -- Расстрелян.
     -- А семья где?
     -- И семья с ним.
     -- Все? -- спросил я, видимо, с оттенком удивления.
     -- Все, -- ответил Свердлов. -- А что?
     Он ждал моей реакции. Я ничего не ответил.
     -- А кто решал? -- спросил я.
     -- Мы здесь решали. Ильич считал, что нельзя оставлять им живого знамени, особенно в нынешних трудных условиях.
     Больше я никаких вопросов не задавал, поставил на деле крест. По существу решение было не только целесообразным, но и необходимым... В интеллигентских кругах партии, вероятно, были сомнения   и покачивания головами. Но массы рабочих и крестьян не сомневались ни минуты: никакого другого решения они не поняли бы и не приняли бы. Это Ленин хорошо чувствовал: способность думать и чувствовать за массу и с массой была ему в высшей степени свойственна, особенно на великих политических поворотах."

Казалось бы, можно поставить точку и вопрос об ответсвенности руководства Ленина и его ближайших соратников снят. Все ж таки сам Троцкий, не абы кто.

Но в книге Михаила Хейфица "Цареубийство в 1918 году" (о которой я еще напишу пару слов) упоминается другая запись Троцкого:

В 30-х годах в Париже вышла книга бывшего советского дипломата   Беседовского (перебежавшего на Запад) "На путях Термидора". Касаясь расстрела Романовых, он по вполне понятным для него
причинам утверждал, что к этому были причастны Свердлов... и Сталин. О характере    своих    литературных    трудов    сам   Беседовский   отзывался пренебрежительно, говорил, что просто издевается над читателем. Несмотря на легковесность откровений Беседовского, Троцкий... сделал такую запись: "По словам Беседовского, цареубийство было делом рук Сталина".

Так что Лев Давыдович явно где-то кривит. Потому как противоречие налицо. Да еще ссылка на Беседовского.
И вообще - не первый раз уже Лев Давыдыч как мемуарист не очень надежен. Увы.

Телеграмм же ИЗ Москвы НА Урал не существует - поэтому кроме слов Троцкого (как видим, весьма противоречивых) других фактов и нет.

Хотя убийство царя в те же 20-е годы не казалось никоим образом никому постыдным делом и скрывать причастность Ленина к этому не было никаких причин.

http://lib.ru/NEWPROZA/HEJFEC_M/1918.txt

А вот читая воспоминания об убийстве Михаила Романова из книги будущего ярого оппозиционера Гавриилы Мясникова "Философия убийства, или Почему и как я убил Михаила Романова" -

http://aleksandr-kommari.narod.ru/mjasnikov.htm - видно, что действовали пермские большевики самостоятельно и что больше всего их беспокоило, как бы Центр (Москва: Ленин, Троцкий, Свердлов) не отпустили бы Михаила Романова в рамках договоренностей с немцами.

В 2008 году в журнале "Континент" № 136 опубликована интереснейшая статья Натальи Зыковой ""Постановили с ними рассчитаться..." Новые документы об алапаевской трагедии"" Статья посвящена убийству великих князей.

http://magazines.russ.ru/continent/2008/136/zy19.html

Основную часть найденных материалов составляет стенограмма совещания активистов алапаевской партийной организации, которое состоялось 6 января 1933 года Его главной целью было сохранить для истории воспоминания о парторганизации большевиков Алапаевского района в период от Февральской революции 1917 года до 1921 года.

Вывод из статьи (которую нужно обязательно прочитать любому, интересующемуся историей нашей Революции и Гражданской войны):

Процесс децентрализации власти способствовал тому, что решение об уничтожении великих князей было принято большевистской партийной организацией Алапаевска самостоятельно, даже без санкций Уралобкома РПК(б) и Уралоблсовета.

Таким образом версия о централизованном решении об уничтожении Романовых разваливается на кусочки.

Еще в этой же статье показано, что левые эсеры были настроены радикальнее большевиков в отношении к Романовым. Учитывая, что левые эсеры выражали настроение в первую очередь крестьян, это очень показательно.

Вообще же можно предположить, что Москва собиралась использовать Романовых как разменную монету в сложной игре с немцами после Бреста, и не была заинтересована в ликвидации царя и семьи. Что категорически не устраивало руководство уральских большевиков (из которых потом вышло несколько оппозиционных групп, например группа Сафарова- Толмачева).

В статье есть такой характерный эпизод - как перед самой казнью великий князь Сергей Михайлович беседует со своим будущим палачом по дороге к месту казни:

"...мне посадили князя Сергея Михайловича, выезжаем через 10 минут, он меня спрашивает дорогой: куда меня повезли? Я говорю: я не знаю, мне велели подать лошадь, я ничего не знаю. Ты ведь слышал, что готовят дом? Он спрашивает: кто там жил? Я говорю: инженер. Ну, значит, квартира будет хорошая. Затем он меня спрашивает: как вы наблюдаете рабочие, что сейчас лучше живется? Я говорю: сейчас сказать еще трудно, мы власть еще не видим, ее шаги еще незначительны. — Ты член партии? — Да. — А какой партии? — Социал-демократов большевиков. Говорили много о земле, как понимать социализацию земли... Я говорю: «Коммуну устроили, коммуну будем организовывать». Он спрашивает: «Как же это так?» Я отвечаю: «Вот соберемся артелью, возьмем известное количество земли и будем обрабатывать, вот приблизительно такого порядка были разговоры".

В современной антикоммунистической историографии, посвященной событиям, связанным с Романовыми, нестыковки иногда просто вопиющие.

Например, идет обсуждение пресловутой "записки Юровского" в "Русском журнале" (на основании которой и идентифицируются "останки" царской семьи)

http://rusjournal.ru/clauses/89.html

Во-первых, известно, что Юровский был человек не очень грамотный. Но как не очень грамотный человек мог создать такой сильный в эмоциональном плане и по литературным достоинствам документ?

Однако уже упоминавшийся Хейфец приводит любопытное письмо Юровского, написанное им перед тем, как красные оставили Екатеринбург. Юровский обращается к своему знакомому, который, как он предполагает, будет играть не последнюю роль в будущей белой администрации. Юровский просит не мстить ему, преследуя его старую мать, которая остается под властью белых:

"Кенсорин Сергеевич, в случае моего отъезда на фронт я во имя наших с вами отношений надеюсь, не откажете моей старой маме в содействии в случае преследовании ее только за то, что она моя мать. Вы, конечно, понимаете, что о моем местопребывании она ничего знать не будет, уже только потому, что и я этого не знаю. Но и в этом случае, если б знал, то, разумеется, этого ей не сказал, просто для чистоты ее совести, на случай, если бы ее допрашивали. Я обращаюсь к вам еще и потому, что Вы строгий в своих принципах, даже при условии гражданской войны и при условии, когда Вы будете у власти. Я имею ввиду все основания полагать, что Вы с Вашими принципами останетесь в одиночестве, но все же сумете оказать влияние на то, чтобы моя мать, которая совершенно не разделяла моих взглядов, виновна, следовательно, только в том, что родила меня, а также в том, что любила меня. Я, значит, на случай падения власти Советов в Екатеринбурге (прошу) дать ей приют на случай возможного погрома или предупредить самый разгром квартиры, принимая во внимание, что я не продавал (своего) дела, чтоб не оставлять служащих без работы, которые очень и очень далеки от большевизма.
     Это, может быть, предсмертное письмо.
     Надеюсь, что не ошибусь, обращаясь к Вам.
     Я.М. Юровский."

Не очень похоже на письмо полуграмотного убийцы.

Кстати, вообще, читая про этих "кровавых палачей" поражаешься их поразительной порядочности - как один из алапаевских исполнителей казни колеблется и в итоге не берет себе "на память" кисет с табаком расстрелянного им великого князя, как Юровский собирает до последнего камушка драгоценности царской семьи и везет их в Москву.

Вот тут замечательные данные о том, можно ли было спасти царскую семью:
об этом пишет яростный антикоммунист Суворов Дмитрий в книге "Все против всех: неизвестная гражданская война на Южном Урале".

Гарнизон Екатеринбурга состоял из нескольких сотен плохо вооруженных сторонников большевиков и левых эсеров.

В то же время:
"В городе находится эвакуированная из Петрограда действующая Академия Генерального штаба. То есть в Екатеринбурге — много бывших офицеров. И ни одной попытки нападения с целью освобождения августейших узников".

Там еще много интересного - особенно учитывая воззрения автора.

http://militera.lib.ru/h/suvorov_d/01.html

Про книгу Хейфеца. Начиная с того, что самое ее название "Цареубийство в 1918 году" несколько некорректное - Николай Романов, как известно, от престола отрекся и царем в 1918 году не был.
Сама книга построена на рукописи, обнаруженной в архиве Иерусалимского центра по исследованию и документации восточноевропейского еврейства и написанной Борисом Давидовичем Бруцкусом (Бар-Дов Бруцкус), экономистом меньшевисткого толка, высланным в 1922 году из Советской России в числе других небольшевистских интеллектуалов (пресловутый "философский параход") по настоянию Ленина.
Идея рукописи - как и книги Хейфица - "Это не мы!". То есть не евреи царя убили. Авторы очень трогательны в своих усилиях. Хотя бы потому, что для антисемитов тут никогда сомнений не было и быть не может. Как и с краном, в котором нет воды.

Положительными моменты в этой книге - это яркая картина того, как белограврдейские следователи всеми силами старались притянуть убийство бывшего царя и его близких к версии о жидомасонском заговоре, к "Протоколам сионских мудрецов", как старательно выпиячивали любую еврейскую фамилию, а не находя, просто выдумывали.

По тому же "ноу-хау", как сделал потом академик-математик-антисемит Игорь Шафаревич в своей знаменитой "Русофобии":

А какие имена мы встречаем? Лично руководил расстрелом и стрелял в царя Яков Юровский,
председателем местного Совета был Белобородов (Вайсбарт), а общее руководство в Екатеринбурге осуществлял Шая Голощекин.

С Вайсбартом - это очень круто! И очень продуктивно - так любую фамилию можно превратить в еврейскую. Чем и тогдашние белогвардейские следователи и их нынешние последователи и занимались. И хотя уже давно известно-переизвестно, что тов. Белобородов - наш брат, великорос из великоросов - но это же никак не укладывается в концепцию: что венеценосца могли убить только богомерзкие жиды!

Еще интересно в книге - смутное упоминание о существовании каких-то останков царской семьи, которые "гуляли" по Европе в 20-30-е годы, и на подлинности которых настаивали белогвардейские "следователи".

Показателен, кстати, "гуманизм" авторов книг о расстреле царской семьи. Так, Хейфец с удовлетворением цитирует Гелия Рябова:

Смерть его оказалась необычной: в 1938 году старый большевик Юровский скончался... от болезни. От прободения язвы желудка. В том году была арестована его дочь, гордость его жизни -- Римма, одна из секретарей ЦК ВЛКСМ... Мог ли комендант не вспомнить тогда царских дочерей, расстрелянных в ДОНе? Прободение язвы часто бывает следствием сильного   нервного   потрясения: Юровский   перенес,   "по   свидетельству родственников и очевидцев, тяжелые страдания" перед смертью (Гелий Рябов).

А, вот еще - из прочитанных книг видно, что большевики, взяв власть в Петрограде и в Москве, про бывшего царя просто ЗАБЫЛИ. Только в начале 1918 солдаты из караула царя в далеком Тобольске обратились в Петроград с запросом "а что дальше-то?" - и большевики начали чесать озадаченно голову.

Итак, в заключение. Не самое глубокое изучение темы показывает, что казнь царской семьи, Михаила Романова и великих князей были инициативой местных большевиков (и не только большевиков), при этом в нарушение тех инструкций, которые они получали из Москвы. Более того, сама казнь Романовых была проявлением борьбы между "партией мира" в лице Ленина и его сторонников, выступавших за подписание Брестского мира и "левыми коммунистами", стоящими за р-р-р-революционную борьбу против германского империализма. Конец Романовых был также обусловлен обстановкой на Урале - где местные большевики были настроены гораздо более радикально, чем группа Ленина-Свердлова - а к Ленину в 1918 году относились отнюдь не так, как позже.

Что касаемо моего личного мнения о расстреле царя, то лично я, в своем 2008 году, сидя у компьютера и время от времени заваривая чай Lipton, который очень люблю, считаю, что да, Советской власти было бы полезнее, если бы дочки царя работали бы переводчицами и машинистками в ведомствах Бонч-Бруевича или Луначарского, Алексею было бы полезно повариться среди своих сверстников в той же "Республике ШКИД" в Петрограде, так красочно описанной Пантелеевым и Белых, а царя-батюшку нужно было бы приговорить к бессрочным общественным работом - например, отстреливать ворон на территории Московского Кремля. Это он любил. А в свободное время заниматься ремонтом мебели - это у него тоже получалось. Больше у него не получалось ничего.

Понятно, что это мое мнение абсолютно бессмысленно и не имеет никакого отношения к реальной истории - настоящей и часто очень кровавой.

всё сказал