kommari | рассказ к празднику

На демонстрацию красных в этом году в Питере не попадаю. :(
Личные обстоятельства.
Зато традиционно к главному и лучшему нашему празднику написал маленькую историю для сообщества "Коммунистическая фантастика". Замечания по орфографии принимаются с благодарность. По идеологии выслушиваются.
Господ либералов просьба не читать - у них может быть несварение желудка и понос.

КОММУНИСТ.

- Я не знаю, каким он был коммунистом, но я видел, как он рубил дрова.
Из к/ф "Коммунист", 1956 г.

Я сидел как раз на занятиях в нашем технаре - Техникум телекоммуникаций имени Коминтерна, это если целиком, - и тут меня вызывают прямо с лекции к директору.

Палыч, наш директор, сидит за столом, озабоченный весь такой.

- Саня, - говорит. - Хватай свою камеру и дуй на вокзал.

А я тогда - параллельно с учебой - был еще главным телеоператором нашей городской телестудии. Город наш маленький, своего телецентра нет, но мы - естественно, на голом энтузиазме - делали каждый день сводку городских новостей, которую показывали 10 минут после программы "Время". Кроме воскресенья. Когда телевидение не работает. И, скажу с гордостью, программа наша пользовалась популярностью. При этом не только потому что Машка, наш диктор, была такая вся из себя. У меня как раз с ней тогда роман был в самом... Впрочем, это не к теме.

Преподаватели на мои телевизионные дела смотрели с одобрением, даже помогали, да и с учебой у меня проблем не было - я с семи лет люблю с техникой возиться.
- А что, - говорю, - ожидается-то?
- К нам едет Коммунист.

Я прямо офигел. Последний раз Коммунист в наш город приезжал тридцать лет назад. Об этом даже мемориальная доска висела на гостинице: "Здесь с такого-то по такой-то день в таком-то году жил Коммунист".

До этого я, конечно, Коммунистов видел - по телику. Мельком. Не любят они по телику светиться. Но живого - никогда. Я, конечно, загорелся.

- Побегу я собираться, Виктор Палыч? - засуетился я немедленно.
- Давай, беги!

***
Беру камеру свою любимую, ленинградскую, японские с ней рядом не стояли, прыгаю на велик - и на вокзал. Душно тогда было - две недели без дождя. А июнь в нашем городе жаркий, потому что климат континентальный. Домчал до вокзала за десять минут.

А там уже все городское начальство - председатель Горисполкома, начальник рабоче-крестьянской милиции, парни из Комитета Защиты Революции, делегация рабочих комитетов. Все нервничают, кое-кто курит - хотя с этим делом в стране идет борьба решительная.

И я прекрасно понимаю, отчего они нервничают. Потому что в нашем городе проблемы.

Во-первых, второй год город не делает План. Причины разные и объективные, но факт остается фактом - План не выполняется. А экономике в Союзе какая? Плановая. Значит, что мы не сделали, приходится напрягаясь делать другим. Несправедливо это и создает деформации.

Во-вторых, стало в нашем городе не очень спокойно. Вроде мелочи - тут драка после танцев, там стекла в музее кто-то побил, какой-то гад ночью угнал машину у Сидоровых - и разбил ее об столб. Понятно, что Сидоровым машину другую дали - многодетная семья, по закону, как вы знаете, только когда в семье больше трех детей можно иметь персональный автомобиль - ну и, конечно, ветеранам и инвалидам. Даже предгорсовета на велике рассекает - кстати, старом, по-моему еще из времен Деформаций социализма. Но с Сидоровыми - позорище. Просто какие-то времена путина-бельцина. Или как там этого гада звали?

Так вот, все эти мелочи стали горожан беспокоить. На городских собраниях, в Советах, в газетах об этом началась дискуссия. Я брал интервью у разных людей - точнее, Машка, я-то снимал.

И ничего лучше не становится. А на прошлой неделе парень с девушкой попытались покончить жизнь самоубийством. Любовь-морковь. Их откачали, но это уже было последней каплей. Решили в Москву обратиться - чтобы оттуда прислали Коммуниста. Разбираться в обстановке.

Город наш маленький, как я уже сказал, так что своего Коммуниста у нас нет. Не в каждом миллионнике он есть, собственно. И вот сегодня, значит, Коммунист должен приехать. На московском поезде.

Успел я вовремя - как раз и поезд прибыл. Не турбоскоростной - тот в соседний город ходит, зрелище - фантастика- 500 км. в час. Нет, обыкновенный пришел.

Из него народ повалил - в основном командировочные, старушек много московских - к нам из Москвы за колбасой ездят - у нас колбаса такая, какой нигде в России нет, вот и ходят поезда из Москвы - чтобы прямо на месте купить. Даже анекдот у нас есть: Что такое длинное и коричневое? Поезд с москвичами за нашей колбасой.

Да нет, нам не жалко. Просто странные люди, почему они думают, что если тут покупать, то будет лучше, чем подождать, когда в Москву привезут.

Народ рассосался понемногу, и, как я понял, того, кого начальство ждало, нет. Все стали звонить по мобильникам, кто-то даже в Москву, но без толку. То ли должен приехать, то ли не смог, и потом приедет. И тоже стали расходиться. Я свою видеокамеру "ЛОМО" уже в рюказак кладу, как подходит ко мне мужик. В джинсах, ветровке, кепка на голове, за спиной вещмешок армейского типа - как у наших спецназовцев в Африке и Латамерике. На ветровке значок - ракета с цифрой 4. Значит четыре раза мужик в космос летал. У моего батьки 8 - он монтировал всю серию станций "Королёв" - но 4 тоже ничего.

- Слушай, парень, - говорит мужик. - А где тут гостиница?
Командировочный, соображаю.
- Идите за мной, - говорю. - Наш телецентр рядом. Можете и велик взять, если лень идти.

Велики городские у вокзала стоят - хорошие, кстати. И вот - тоже плохой знак - недавно два украли. Представляете, впервые за пять лет украли велик!

- Нет, - говорит. - Лучше пешком. Жарко.

Ну и я решил пешком. Оставил велосипед у вокзала, пристегивать не стал - все-таки не так у нас еще в городе хреново, чтобы начинать, как при проклятых буржуях, велосипеды пристегивать на замки и цепи, и пошли мы в центр.

А по дороге я ему про город рассказываю, про достопримечательности.

Мужик слушает внимательно, вопросы задает. И, нужно сказать, умеет их задавать. Я совсем незаметно и про себя все рассказал, и про городские наши проблемы, которые уже до того заострились, что пришлось вызывать Коммуниста.

Пришли к гостинице, а тут он мне и говорит:
- Слушай, Саша, мне тут надо сделать опрос небольшой, вроде исследования, а ты, как телевизионщик, много чего знаешь - не поможешь мне? Дело очень важное и срочное.

Ну, как известно, помогать другому - первое дело. Я согласился. Договорились, что через пару часов встретимся у гостиницы.

***

И пошла наша с ним исследовательская работа. А тут еще - очень удачно - каникулы начались, и я мог с мужиком этим прямо с утра по его делам ходить.

Звали его Аркадием Николаевичем, и был он человеком очень интересным. Пока мы с ним топали куда-нибудь, рассказывал мне про свои поездки. А где он только не побывал - и на строительстве плавающих АЭС на Севере, и в космоверфях Николаева, и в нашем подводном городе на Камчатке. Четыре раз летал на "Королёвы", видел своими глазами сборку гигантского тахионного телескопа имени Хомского - с помощью его должны установить связь с источником около Сириуса-Б, если это действительно внеземной разум или его артефакт.

Я иногда просто обалдевал - так интересно было. Наш-то город маленький, чего в нем такого увидишь?

А он тем временем ходил по нашим заводам - завод микропроцессоров, колбасный, текстильную фабрику, обувную - наши кроссовки "Октябрь" ничуть не хуже буржуйских "Адидасов", как известно, на прошлых Олимпийских играх скандал был - французские бегуны выступали в советских кроссовках - именно из нашей фабрики, так вражеские радиостанции кипятком писали - а ничего не поделать: советское - значит отличное!

И везде он говорил с рабочими в курилках и на пересменках, с председателями рабочих советов, с профсоюзниками, с менеджерами и директорами - иногда очень долго. Я слушал, но мало чего понимал - его интересовало всё, иногда самые простые вещи.

Потом мы в школы ходили, с начальником рабоче-крестьянской милиции разговаривали - у него выборы были на носу, а в городе такие проблемы, и начальник явно понимал, что фиг его изберут, хотя дядька он хороший - воевал, кстати, в Колумбии, когда американцы развязали там фашистский мятеж и Союз послал туда бригаду десантников, которая, вместе с колумбийцами фашистов задавила.

Так прошла неделя. Ноги иногда гудели и соображалка уже отказывала, а Аркадий Николаевич как из железа - вечером у себя в номере ЭВМ свою переносную откроет - и пишет там чего-то, таблицы какие-то составляет. Или в Красной Сети чего-то ищет. Или по мобильнику что-то говорит и слушает.

Он, кстати, тоже за границей бывал. И не просто так - с делегацией рабочих - у меня мать с отцом так ездили в Швецию, понравилось им там, природа хорошая, вообще красиво, историческая страна, только из-за капитализма много социальных язв - межнациональные трения, безработные, разрыв между богатыми и бедными, и прочие буржуйские безобразия - впрочем, Рабочая Партия-Коммунисты Швеции уже 30 процентов на выборах взяла в прошлом году, так что скоро шведскому капитализму конец придет - как он в Финляндии пришел после Всеобщей Забастовки.

А он там даже работал при посольстве - то есть пожил. И тоже повидал всякого.

Да, а мне он разрешал своей ЭВМ пользоваться, когда чего-то писал в электронный блокнот. Я даже в Буржуйский Интернет зашел пару раз - мама дорогая, это что-то. За все плати, везде копирайты, реклама, баннеры, голые женщины и мужчины занимаются сексом по всякому - стыдоба полнейшая. Нет уж, Красная Сеть лучше - все книги, все фильмы, вся музыка, все игры - и все бесплатно. И при этом никаких голых безобразий.

В принципе, я и дома могу после 18 подключиться к Буржуйскому Интернету - но там нет ничего такого, чего нет у нас. Кроме голых женщин. А мне их не надо. Я лучше с живой Машкой... Впрочем, это наши дела - и вообще не в тему.

Так прошла неделя, а потом Аркадий Николаевич мне и говорит:
- Саша, запишешь ролик для своих новостей?
- Пожалуйста, - говорю.
- А прямой эфир можешь устроить?
- Само собой. Хоть сейчас. Через полчаса как раз и передача.

Я, пока с ним гидом работал, свою камеру ребятам отдал - и они делали все за меня. Мы так всегда поступаем, если кто-то занят.

Приходим с ним в студию, там как раз Машка сидит, нос пудрит перед эфиром, парни оборудование настраивают. Я объясняю, что есть важное сообщение - Аркадий Николаевич такое впечатление на меня произвел, что я сразу понял, что у него чего-то реально важное. Никто спорить не стал, но и уходить тоже - любопытно же всем.

Программа "Время" прошла - первый урожай очень хороший оказался, началось изготовление внедорожника в Грозном, новый еврейский театр открылся во Львове, а в мире как обычно - у буржуев кризисы и дрязги, в новых соцстранах борьба с пережитками, наши инженеры и медики - и где надо и спецназ, - помогают. В общем, все, как обычно.

Про спорт - продули мы опять бразильцам в футбол, зараза! - и про погоду рассказали, пришло время и для наших городских новостей.
Командую:
- Пять, четыре, три, два, один - эфир!
Включаю камеру.
Аркадий Николаевич достает из кармана красную книжечку.

- Здравствуйте, уважаемые горожане! - говорит. - Я член Партии Аркадий Николаевич Константинов, номер партбилета 125467. По просьбе горожан последнюю неделю занимался сбором информации о положении в вашем городе. И должен сообщить вам, что положение очень сложное. Я буду рекомендовать объявить ваш город зоной чрезвычайного положения.

У нас у всех рты пооткрывались. А он продолжает:

- В город будет направлены бригады социологов, психологов, специалистов по социальным патологиям.
Общую картину можно понять уже сейчас - происходят социальные деформации, подобные тем, что происходили в Союзе перед Реставрацией. К счастью, они обратимые, но я обращусь в Советское Правительство и в ЦК Партии с запиской о том, что наша политика в вопросах, касающихся маленьких провинциальных городов, подобных вашему, нуждается в немедленной коррекции.
Одновременно я буду предлагать открыть в вашем городе Центр космической связи, лабораторию биомедтехнологий и рассмотреть вопрос о строительстве у вас Высшей школы гуманитарного направления. Это позволит изменить социальную обстановку, приблизить город к самым передовым рубежам деятельности всей страны.
Естественно, все будет решаться вами самими, в территориальных и производственных Советах.
У меня все. Спасибо.

Я выключил камеру.
Повисла тишина.
Аркадий Николаевич - точнее, Коммунист, помахал нам рукой.

- Мне нужно на вокзал. Если вы, молодые люди, отпустите Александра меня проводить, я буду очень рад.

***

Я не сразу нашелся, что спросить - вопросов было миллион. Наконец, когда мы уже прошли полпути до вокзала, я нашел свой главный вопрос:
- А Вы в Мавзолее часто бываете?
Аркадий Николаевич улыбнулся.
- Коммунист бывает в Мавзолее два раза в жизни. Первый раз когда получает партбилет, а второй раз в 60 лет - когда выходит из Партии. Прощается с Ильичем. Правда, не всем это удается - Коммунисты часто не доживают до этого возраста. Нам приходится бывать в буржуазных странах, а там часто Коммунисты объявлены вне закона и их, если вычисляют, убивают. Хотя это очень нелегко - убить Коммуниста. Но такое бывает.

- А сколько сейчас Коммунистов всего?
Он пожал плечами.
- Сейчас не знаю. На последнем съезде было по-моему сто двадцать два человека.
- А как становятся Коммунистом?
Он остановился.
- Как? Ну, как и всегда и во всём - работают и учатся.
- А что учат?
Тут Аркадий Николаевич усмехнулся, снял с плеча свой вещмешок, порылся в нем и достал потрепанную книгу в мягкой обложке. На обложке было написано:

КОММУНИЗМ ДЛЯ ЧАЙНИКОВ

- Вот эту книгу мне подарил один член Партии когда я был почти твоего возраста. Дарю тебе.

Я осторожно взял книгу. Пролистал. Там были какие-то тексты, стихи, фотографии звездных скоплений, рисунки, даже ноты!
- И что, прочтешь эту книгу - и станешь Коммунистом?
- Нет, конечно, - снова улыбнулся он. - Там, собственно, рассказано, что нужно прочитать, чтобы стать Коммунистом. Точнее, что нужно делать, чтобы стать им. А содержание книги - при этом практически всё ее содержание, есть в первой строчке.

Я быстро перелистал книгу назад. В первой строчке было написано:

КОММУНИСТОМ СТАТЬ МОЖНО ЛИШЬ ТОГДА, КОГДА ОБОГАТИШЬ СВОЮ ПАМЯТЬ ЗНАНИЕМ ВСЕХ ТЕХ БОГАТСТВ, КОТОРЫЕ ВЫРАБОТАЛО ЧЕЛОВЕЧЕСТВО.
В.И.УЛЬЯНОВ-ЛЕНИН

- Ни фига себе! - разочарованно сказал я. - Это сколько же нужно учиться!
- Много. И долго. Но потом количество перейдет в качество. И вот только тогда человек готов стать Коммунистом.
- А как об этом узнают в ЦК Партии?
- Узнают, - загадочно сказал Аркадий Николаевич.
Я убрал книгу в свой рюкзак и мы продолжили путь. Было все так же жарко.

Около московского поезда - в который садились командировочные и бабушки с сумками на колесах, в которых лежала наша городская колбаса, быть может лучшая в РСФСР, я задал еще один вопрос:
- А вот говорят... только не смейтесь... что Коммунисты умеют вызывать дождь и создавать на небе радугу. Это правда?
Аркадий Николаевич громко засмеялся и потрепал меня по голове.
- Спасибо, Саша, ты мне очень помог.
И исчез в вагоне.
Я подождал пока поезд тронется, наберет скорость, превратится в точку у горизонта, пропадет в нем, проверил, лежит ли книжка в рюкзаке, затем пошел искать свой велик. Велик стоял на месте. Значит, наш город еще не безнадежен, подумал я, садясь на свой велосипед.

На полдороге к телестудии вдруг хлынул дождь. Очень теплый и очень проливной дождь. А еще через пять минут - когда я слезал с велика у самой телестудии - в небе повисла радуга. Такая огромная-огромная, от края до края неба, и очень яркая. Никогда таких не видел.